Запись песен на электронную аппаратуру

Запись песен «Верескового Меда»

Все песни записывались дома, на компьютере Pentium III 1 ГГц с 256 Мб оперативной памяти и звуковой платой SB Live. Раньше в моем компьютере перебывало множество звуковых плат – от многоканальных интерфейсов до навороченных систем типа Creamware Pulsar II и Korg Oasis. Но мне всегда было удивительно слушать разговоры типа «вот если бы у меня была такая звуковая плата, я бы…». Не в звуковой плате дело, а в ушах и навыках человека, который музыку записывает. Чтобы этот тезис продемонстрировать, я поставил себе в компьютер самый банальный SB Live (первой модификации с цифровым выходом). Только вместо штатных драйверов «лайва», работают kx-драйверы (www.kxproject.com) – они имеют нормальный ASIO-релиз, позволяющий получить время ожидания (latensy) порядка 24 мс. Качество получившихся фонограмм можете оценить самостоятельно…

Еще одним принципиальным моментом во время работы над песнями был полный отказ от любых внешних синтезаторов. Я считаю, что будущее – за программными технологиями, и уже сейчас есть множество великолепных VST-синтезаторов, которые ни в чем не уступают автономным инструментам (я несколько лет тестировал синтезаторы для журнала «Музыкальное Оборудование», и хорошо знаком со всеми инструментами, которые есть на рынке). К SB Live у меня была подключена лишь MIDI-клавиатура. Все синтезаторы – это подключаемые модули к программе Cubase SX. Бас – из модуля Edirol Super Quartet, барабаны – самостоятельно «наруленный» из разных семплов пэтч, который загружается в Steinberg Halion. Органы – Native Instruments B4. Остальные клавиши – это разные пресеты VST-синтезаторов Native Instruments Pro-52, DiskoDSP Discovery (программый релиз синтезатора Nord Lead) и встроенного синтезатора a1 программы Cubase SX. Также я активно использовал разные звуковые библиотеки формата AKAI, которые загружались в Halion. Прелесть программных синтезаторов в том, что их качество не зависит от звуковой платы, в результате, записанные на CD сведенные вещи звучали лучше, чем при воспроизведении через SB Live.

Готовые MIDI треки я выводил в формат WAV с помощью команды Mix To File программы Cubase и далее работал с аудио дорожками. При этом вся обработка синтезаторов отрубалась – получались абсолютно «сухие» треки. Дорожки бас-барабана и малого барабана обрабатывались компрессором Waves RComp, эквалайзером TL Audio EQ-1 и «дожимались» максимайзером Waves Ultramaximiser +. Многие другие синтезаторные треки также дожимались компрессором и корректировались эквалайзером EQ-1. Вообще я настоятельно рекомендую именно этот подключаемый модуль – он очень музыкален и работает на порядок лучше всех других программых эквалайзеров. На некоторые дорожки синтезаторов я «навешивал» эксайтер DSP FX Aural Activator, чтобы «вытащить» их в миксе.

Все гитары на записи (кроме акустической) – это мой мастеровой «страт» с установленным полифоническим датчиком Roland GK-2A, подключенный к процессору Roland VG-88. Игрушка эта очень дорогая, но позволяет творить с гитарным звуком совершенно фантастические вещи. Заводские пресеты я «доруливал» для того, чтобы получить приемлемое качество для прямой записи без комба. Акустическая гитара – это львовская Renome RJL-11C за 5500 рублей, немного доведенная до ума. Я вообще был поражен, когда услышал эти гитары – они легко «делают» по звуку буржуйские инструменты ценовой категории 400-500 долларов. Я только подпилил задний и передние порожки, чтобы опустить струны, и немного покрутил анкер, чтобы выставить правильный изгиб грифа. «Снималась» гитара динамическим микрофоном AKG D-3900, подключенным в микшер Mackie 1402 VLZ.

Голос записывался также через динамический микрофон AKG D-3900. Перед записью по всей комнате были развешаны одеяла, дабы заглушить паразитную реверберацию бетонных стен. «Пыхи» гасил импровизированный поп-фильтр из проволочной рамки и куска дамских капроновых колготок (только в «Воре» в одном месте есть отчетливое «задувание» микрофона, но там я просто случайно мимо поп-фильтра выдохнул). Каждую вокальную партию я записывал по 5-6 раз, а затем монтировал лучшие фрагменты. Все вокальные треки обрабатывались модулем Antares Microphone Modeller, который превратил мой AKG D 3900 в некое подобие Neumann U-87. Далее я жал голос компрессором Waves Renaissance Vox, обрабатывал хорусом DSP-FX Chorus и поднимал верх эквалайзером TL Audio EQ-1. В качестве де-эссера работал Waves de-ess, с порогом в минус 24 дБ, однако в некоторых песнях свист шипящих до конца подавить не удалось — при сильном вмешательстве де-ессера в вокальной партии появлялись слишком явные искажения. При сведении иногда я прибегал в эксайтеру DSP-FX Aural Activator, чтобы подчеркнуть голос в миксе.

Ревербераторами у меня работали два Waves RVerb. Первый – с ритмизированной гейт-реверберацией украшал ударную установку и многочисленную перкуссию. Второй, с длинной Plate-реверберацией (порядка 6 секунд) – на голосе и остальных инструментах. Ранние отражения я также обязательно вгонял в ритм композиции, чтобы они не «смазывали» барабаны. Все дилэи – это модуль DB Technologies Tempo Delay. В некоторых песнях в посыле/возврате работали аж по три этих модуля.

Сведение композиции я делал, включив режим «моно» на микшере – так гораздо проще выставлять частотный баланс инструментов. И только после получения приемлемого результата в моно, я переключался в стерео, и разводил инструменты в панораме. Особенно пришлось повозиться с гитарами, записанными в double track – в моно моментально вылезают все неровности игры. Контроль осуществлялся через студийные мониторы JBL 4208 (усилитель Alesis RA-100), старые отечественные колонки «Орбита», колонки микро-музыкального центра JVC и наушники Sennheiser HD-600. Я по очереди переключался на разные акустические системы и добивался того, чтобы фонограмма приемлемо звучала везде. Перед глазами во время сведения у меня висел спектроанализатор Waves PAZ Analyzer, так как SB Live не может похвастаться особой линейностью выхода. Приходилось контролировать собственные уши при помощи спектроанализатора. После окончания сведения Cubase давалась команда Mix To File.

Мастеринг сведенных вещей делался без особых выкрутасов прямо в 16 бит 44 кГц с помощью многополосного компрессора Waves C4 и мастерингового максимайзера (лимитера, на самом деле) Waves Ultramaximizer +. На выходе стоял спектроанализатор PAZ Analyzer. Чтобы отнормировать уши перед мастерингом, я слушал через SB Live несколько «фирменных» композиций со спектроанализатором перед глазами, а затем быстро «рулил» собственные вещи. Среднеквадратичный уровень я оставил на уровне минус 11 дБ: «максимайзер» – это не TC Electronic Finalizer, и при сильном сжатии появляются слишком явные искажения. Вот, вкратце, и все…

Кстати говоря, этой «виртуальной» технологии звукозаписи будет посвящена моя новая книга, которая готовится к выходу в издательстве «Питер».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Анти-спам (введите символы в цифрах) ***